Набеги монголов 1237-1238 года. » Комета-Возмездие
ruen

КОМЕТА-ВОЗМЕЗДИЕ

Авторский сайт Бударина М.Д.

ВНИМАНИЕ! Книга разделена на главы, только для удобства навигации. Информация книги представляет слитное изложение материала о космической катастрофе кометы Алатырь, почти совпавшей по времени с монголо-татарским нашествием. Для правильного понимания происходивших событий советуем последовательно ознакомиться со всей книгой. Перейти к оглавлению.

 

 

Набеги монголов 1237-1238 года.

Решение об этом походе было прннято монголами на курултае 1235 года. Вот что сообщает об этом Рашид-ад-Дин: «В год барана благословенный взгляд каана остановился на том, чтобы из царевичей Бату, Менгу-каан и Гуюк-хан сообща с другими царевичами и многочисленным войском отправились в области кипчаков, русских, булар, маджар, башгирд, асов, Судак и те края для завоевания таковых». Руководство туменами было поручено Батыю, в помощь которому был дан Субэдэй-багатур, уже участвовавший в первом набеге монголов на Русь. Батыю было придано тридцать тысяч воинов (три тумена). Любопытно, что в набегах в 1237-1238 годах монголы разорили только те княжества и их союзников, которые участвовали в битве на Калке, и были повинны в гибели монгольских послов (1) в 1223 году.

Осенью 1237 года, непосредственно перед нападением на Русь, войска монголов разделились на четыре части. Вот что об этом пишет венгерский миссионер, монах-доминиканец Юлиан: «Ныне же находясь на границах Руссии, мы близко узнали действительную правду о том, что все войско, идущее в страны Запада, разделено на четыре части. Одна часть у реки Этиль на границах Руссии с восточного края подступила к Суздалю. Другая же часть в южном направлении уже нападала на границы Рязани, другого русского княжества. Третья часть остановилась против реки Дона, близ замка Воронеж, так же княжества русских. Они, как передавали нам словесно сами русские, венгры и булгары, бежавшие перед ними, ждут того, чтобы земля, реки и болота с наступлением ближайшей зимы замерзли, после чего всему множеству татар легко будет разгромить всю Русь, всю страну Русских». Четвертая часть монгольского войска осталась в резерве, разбив свой лагерь на Дону и готовая в любую минуту оказать помощь частям, принимавшим участие в боевых действиях. Движение монгольских колонн «облавой», сразу тремя колоннами, давало возможность монголам свободно оперировать своими силами и в то же время полностью лишало возможности русские войска оказывать сколько-нибудь значимую военную помощь друг другу. Ибо угроза нависла сразу над всеми городами Руси. Следует сказать и о том, что предполагала тактика русской обороны городов в этот период. Во время военной угрозы ополчение из близлежащих и отдаленных поселений должно было по сигналу тревоги собраться внутри укрепленных городов, для организации обороны города от противника. Многочисленные, практически непроходимые для конницы, русские лесные засечные линии, защищающие Русь от внешнего вторжения, протянувшиеся на сотни верст, имели узкие проходы, охраняемые укрепленными сторожевыми городками. Эти засечные линии прерывались только реками. Реки служили естественной, труднопреодолимой преградой только летом, а для защиты проходов через реки в зимнее время, устанавливались так называемые «рогатки», временные, относительно легко преодолеваемые войсками препятствия.

Основные события этой кампании происходили зимой, и монголы умело воспользовались этим обстоятельством. Ведь практически полное отсутствие на Руси зимних дорог, испокон веков вынуждало население в качестве зимних транспортных артерий, использовать замерзшие русла рек. И полным хозяином положения, во время этого похода, являлся именно тот, кто контролировал русла рек, т.е. монголы. А немногочисленные русские рати, спешащие к общему месту сбора русских войск, или на помощь осажденным городам, становились легкой добычей монголов. При этом, молниеносные перемещения туменов Бату и Субудая во время набегов 1237-1238 годов по незнакомой местности, позволяют полагать, что у них были хорошо осведомленные проводники из местного населения.

Появившись на границе Рязанского княжества, монголы потребовали от Рязани дань. «Повесть о разорении Рязани Батыем» свидетельствует: «присла на Резань к великому князю Юрью Ингоревичю Резанскому послы безделны, просяще десятины въ всем: во князех и во всяких людех, и во всем». Присланные к Юрию Всеволодовичу послы «безбожныя Татары, отпущаше, одарены, бяху бо преж прислали послы свое: злии ти кровопиици, рекуще - мирися с нами, он же того не хотяше». Рязанский князь Юрий Игоревич, чтобы выиграть время, отправил к Батыю с посольством своего сына князя Федора Юрьевича «з дары и молении великими, чтобы не воевал Резанския земли». Одновременно с этим, князь Юрий послал просить помощь к Юрию Владимирскому и Михаилу Черниговскому. Узнав об этом, монголы убили рязанских послов в ставке Батыя.

Многочисленные монгольские посольства были направлены не только в Рязань, но и в другие русские города. Сведения о посылке монгольских послов имеются в Суздальской, Тверской, Никоновской, Первой Новгородской и других летописях. То есть, монголы вели активные переговоры с большинством русских князей, но подход ко всем был разным. Одним они предлагали чрезмерно богатые дары и дружбу, а других принуждали платить дань. Монгольские послы путем щедрых даров и посулов, добились того, что целый ряд русских князей, не оказал военную помощь рязанцам, владимирцам и суздальцам, истекших кровью в неравных схватках. И возмездие за эту недальновидность, наступило очень скоро. Монгольские посольства действовали в строгом соответствии с законами Ясы, согласно которым, следовало нейтрализовывать любых потенциальных противников до того времени, пока не будет повержен предыдущий соперник. То есть действовал хорошо известный принцип: «разделяй и властвуй», и искусство монгольской дипломатии заключалось в том, «чтобы поглаживать пса до тех пор, пока не будет приготовлен ошейник». Русским князьям так и не удалось объединить свои войска, чтобы сразиться с монголами. Их немногочисленные дружины и ополчение монголы били поодиночке. Например, князь Юрий Рязанский вывел против монголов свою дружину только совместно с войсками муромских князей, и в неравном бою, потерпел поражение. А князь Юрий Всеволодович с опозданием послал на помощь рязанским князьям дружину во главе со своим старшим сыном Всеволодом. Чуть позже, к нему присоединились отступившие из Рязани остатки войск во главе с Романом Ингваревичем. На рязанской земле, в неравном кровопролитном бою под Коломной, они также потерпели поражение. В ходе битвы погибли многие "князья местные, воеводы крепкие и воинство удалое". А еще позже, 21 декабря 1237 года пала и Рязань, оставшаяся без основной части своих войск. Следом монголы вторглись во Владимиро-Суздальское княжество, где с ними сразился пришедший «с малой дружиной» из Чернигова рязанский боярин Евпатий Коловрат. Присоединив к себе остатки разбитых рязанских войск, он смог нанести существенный урон монголам, но сам получил в сражении смертельные ранения и скончался. Он был торжественно отпет и захоронен в рязанском соборе 11 января 1238 года. Уже 20 января после непродолжительной пятидневной осады пала Москва (2), которую обороняли младший сын Юрия Владимир с воеводой Филиппом Нянка «с малым войском». Город Владимир пал в начале февраля, после восьмидневной осады. При штурме города погибла вся семья Юрия Всеволодовича, а сам Юрий Всеволодович во время штурма города находился на реке Сить, собирая ополчение и ожидая обещанную помощь от своих братьев Ярослава и Святослава. Но дружина Ярослава Всеволодовича так и не пришла. Кроме Владимира и Рязани, в феврале 1238 года были взяты Суздаль, Переяславль-Залесский, Юрьев-Польский, Стародуб на Клязьме, Тверь, Городец, Кострома, Галич-Мерьский, Ростов, Ярославль, Углич, Кашин, Кснятин и Дмитров. Через три недели после взятия Владимира, темник Бурундай, совершив стремительный марш, 4 марта 1238 года подошел к реке Сити со стороны Углича и обрушился на владимирское войско Юрия Всеволодовича, в котором в это время находились только три тысячи стражи во главе с воеводой Дорофеем Семёновичем. Все они погибли, а немногие остатки войска были пленены. При этом монголы также «великую язву понесли, пало и их немалое множество». В этом сражении вместе с князем Юрием Всеволодовичем погиб князь Всеволод Константинович Ярославский, а князь Василько Константинович Ростовский попал в плен, где был замучен, и позже убит. Монголы пытками принуждали его «следовать их обычаю, быть в их воле и воевать за них»... Но князь Василько Константинович предпочел честную смерть. «И много мучивше его, смерти предаша, повергоша его в лесу Шернском». Монголы в целях устрашения, никогда не хоронили убитых на поле боя врагов, поэтому, епископ Ростовский, Кирилл, добравшись на место битвы после сражения, сумел отыскать среди множества павших, обезглавленное тело князя Юрия и обезображенное тело замученного Василька, и доставил их останки в ростовский Успенский собор для отпевания. Спастись в этом сражении удалось только князю Святославу Всеволодовичу и князю Владимиру Константиновичу Углицкому. Переяславль-Залесский, стольный город князя Ярослава Всеволодовича, преграждавший путь монголам от Владимира на Новгород, был захвачен за пять дней. Но летописи ни разу не упоминают об участии в битвах с монголами самого Ярослава. Не послал Ярослав свое войско и на помощь Торжку. После взятия 5 марта 1238 года города Торжка основные силы монголов, соединившись с остатками войска Бурундая, не дойдя всего 100 вёрст до Новгорода, внезапно повернули назад. Главные силы монголов прошли в 30 км восточнее Смоленска, вторглись в Черниговское княжество, затем повернули на северо-восток и, обойдя Брянск и Карачев, осадили Козельск. Осада Козельска, где княжил двенадцатилетний внук Мстислава Святославича Василий, продолжалась пятьдесят дней. Только в мае 1238 года, когда обе колонны монголов объединились под Козельском, они сумели взять его в течение трёхдневного штурма. Потери монголов при штурме были очень большими, и они назвали его «злым городом».

Историческое значение набегов 1237-1238 годов.

Набеги Субэдея-багатура достаточно сильно потревожили Северо-Восточную Русь. Было подвергнуто разорению около двадцати русских городов, но только три из них были относительно крупными: Рязань, Владимир и Суздаль. При этом совсем не пострадали Великий Новгород, Псков, Смоленск, Брянск, а также города Полоцкого и Турово-Пинского княжеств. Поэтому не следует преувеличивать физический урон, нанесенный монголами русскому государству в этот период. Ведь в это время, как считают археологи, на Руси существовало порядка трехсот укрепленных русских поселений, число жителей в которых, в среднем составляло от одной до десяти тысяч человек. А в хорошо укрепленном стольном Киеве, по подсчетам археологов, проживало до 40- 50 тысяч жителей. Поэтому набег тридцати тысяч монгольских воинов на Русь, нельзя считать «нашествием и завоеванием Руси», как полагают некоторые современные исследователи. А вот моральное воздействие монгольских побед на русские дружины было несравнимо тяжелее. Ведь в этот период Русь познала всю жестокость монгольского войска. По правилам средневековых войн, захваченные города обычно на один - три дня передавались на разграбления победителям. В это время обезумевшие от безнаказанности и крови воины, бесконтрольно, массово и жестоко убивали и насиловали мирных жителей, и забирали любое приглянувшееся им имущество. Еще большие жестокости допускались в отношении пленных, большинство из которых, подвергали жестокой публичной казни, а оставленных в живых, но потерявших волю пленных, рекрутировали во вспомогательные войска. Подводя итоги поражения Юрия Всеволодовича и разорения Владимиро-Суздальского княжества, В.Н. Татищев сообщает, что потери монгольских войск во много раз превосходили потери русских, но монголы восполняли свои потери за счёт пленных (досл. «пленные закрывали погибель их»). Он же пишет, что штурм Владимира монголы начали только после того, как монгольский отряд, взявший Суздаль, вернулся с множеством русских пленных. Исследователи сообщают, что при штурме русских городов монголы, под страхом лютой смерти, гнали впереди себя толпы потерявших волю пленных русских. И только когда у оборонявшихся в борьбе с передовыми отрядами пленных, иссякали запасы стрел и сил, монголы бросали в бой свои отборные отряды и почти бескровно победоносно довершали приступ.

1239 год.

1239 год прошел почти спокойно. Как свидетельствует летопись, монголы в ожидании подкрепления практически не тревожили Русь своими набегами, и с 1 марта 1238 года по 1 марта 1239, на Руси «было мирно». Но чуть позже, весной 1239 года монголы во главе с Субэдэем-багатуром, усмирив восстание в Волжской Булгарии и Мордовской земле, вторглись в окрестности Нижнего Новгорода, разорив Городец, Гороховец, Муром, и повторно заняли Рязань. Кроме того тумен под командованием Берке 3 марта 1239 года взял Переяславль Южный, а осенью 1239 года монголы вторглись в Черниговское княжество. Поход на Черниговское княжество осуществлялся войсками под руководством Батыя и его братьев, которые 18 октября 1239 года взяли Чернигов, попутно разорив Гомий, Путивль, Глухов, Вырь и Рыльск.

 

Примечания к статье: «Набеги монголов 1237-1238 года».

(1) «… повинны в гибели монгольских послов». Законы Ясы в отношении совершенных преступлений, не имели сроков давности, а их неисполнение каралось смертью. Поэтому монгольские посольства, направляемые к не учавствовавшим в битве на Калке князьям, объясняли им, что пришли наказать только виновных, а богатыми дарами и льстивыми речами, всячески подчеркивали свою лояльность к остальным князьям.

(2) «…20 января после непродолжительной пятидневной осады пала Москва». Топоним Москва появился только после космической катастрофы 1240 года. И летописи, писавшиеся спустя долгие годы после указанных событий, использовали уже новый топоним. До этого указанное городище имело другое название (подробнее см. в ст. «Основание Москвы».)

 

 

Предыдущая статья: Битва на Калке   Следующая статья: Нашествие 1240 года, хроника событий.

Тайна Алатырь-камня